?

Log in

No account? Create an account
Письма Другу's Journal
 
[Most Recent Entries] [Calendar View] [Friends View]

Monday, June 9th, 2008

Time Event
5:36p
 

Здравствуй Джин. Я снова не напишу этого письма, чтобы у тебя не появилось соблазна его прочесть. Ты не спросишь «каково тебе было?», и я не отвечу «паршиво, Джин», не поинтересуешься «в чем разница, Мари, между паршиво и плохо», и я не объясню тебе, что «просыпаться утром и чувствовать щекой мокрую подушку, от выплаканных за ночь слез, – это плохо; а носить соленую влагу под веками и лишь по привычке проводить ладонью по сухим ресницам – это паршиво».    

 

Ты по-прежнему будешь думать, что тогда, в середине июня, я так и не села на поезд, в общий вагон, с полупустым рюкзаком, в который в спешке побросала пару джинсов, зеленый вязаный свитер и две майки. Но пока я бежала до вокзала, в толпе спешащих с работы, лямки докрасна натерли плечи, и казалось, что рюкзак, уместивший все годы, прожитые вместе, тянет к земле, той земле, Джин, на которой наши следы всегда отпечатывались рядом и от которой тогда я спасалась бегством.

 

И ты не сможешь посмеяться над случившимся в поезде каламбуром, когда я, спрятавшись в капюшон от смеющихся лиц, мельтешащих рук, тасующих карты, запахов свежего огурца, лука и сваренных вкрутую яиц, стискивала зубы, прикусывала язык, но все равно против воли шептала: «Джин, Джин, Джин», а сидевшие рядом ребята, отрывались от игры, и один говорил: «Принесите девушке выпить, она же просит». А другой с готовностью наливал из бутылки в мутный стакан и, протягивая мне, ухмылялся: «джина нет, только водка». И я, стуча зубами по запотевшему стеклу, выпивала прозрачную жидкость. Парень хохотал и, подталкивая меня локтем в бок, спрашивал: «Если ты девочка, почему пьешь как мальчик», а я, вздрагивая от подступающей к горлу тошноты, отвечала: «Меня в прошлой жизни звали Яков, я в своем городе делал лучшие башмаки, пока не объявился некий Ганс и не превзошел меня в мастерстве. Я растерял всех клиентов, и жена ушла к Гансу, тогда запил горькую, а когда стало совсем невмоготу, вскрыл себе вены и из них вместо крови потек чистый спирт. Теперь я забыла и любовь Якова к жене, и ненависть к Гансу, и обиду на жителей города, вот только от привычки его никак избавиться не могу».

 

Я не увижу, Джин, как ты недоверчиво смотришь и переспрашиваешь «целый стакан, залпом?». Ты знаешь, пить я никогда не любила и не умела, поэтому на следующее утро ночные попутчики заботливо вывели меня, невыспавшуюся, с позеленевшим лицом и темными кругами под глазами, из вагона, усадили в такси, сунув в пятерню водителя три сотни, а в мою ладошку бумажку с их телефонами и отправили по названному мной адресу.

 

Ты всегда говорил, Джин, что Нелли, расчетливая сучка, меня и на порог не пустит, а если вдруг пустит, то только за посуточную плату. Но мы полгода делили с ней пачку пельменей на несколько дней и спали вдвоем на узкой кровати, укрывшись одним одеялом, не только потому что не было денег на второе, но и для того чтобы согреться от холода, атакующего сразу же с двух сторон: из старых деревянных окон с огромными трещинами в рамах и из сердца. С тем, что прорывался с улицы, удавалось справляться, с другим, идущим изнутри, приходилось жить.

 

А потом наступило лето, и оно было гораздо жарче предыдущего. Мои обгоревшие плечи снова докрасна натирали лямки рюкзака. Я таскала за спиной свою, по сути, еще короткую жизнь, не обремененную вещами, с радостью встречала новые города и людей, в них живущих, и расставалась с ними без печали и без надежды увидеться вновь. Поезда, пассажирские и скорые, а иногда и экспрессы, возили меня на юг, а иногда и на север. Но там, где по расписанию составам положено останавливаться не больше чем на две минуты, я никогда не выходила из вагона, как бы не приманивали старушки теплыми пирожками и спелой черешней, не выходила, чтобы у тебя не возникло соблазна встретить, а у меня – поверить, что это когда-нибудь произойдет.

<< Previous Day 2008/06/09
[Calendar]
Next Day >>
About LiveJournal.com